?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

На реконструкторских форумах регулярно поднимается вопрос о правомерности включения понёвы в новгородский женский костюм эпохи раннего средневековья (X-XII век). Ситуация осложняется тем, что материалы по этому периоду практически отсутствуют, так как текстиль плохо сохраняется в земле, а описания костюма в источниках указанного времени весьма скудны.

Этнографические источники говорят о распространении понёвного комплекса на юге России, в северных же губерниях был распространен комплекс с сарафаном. Но стоит отметить, что этнографические исследования отстоят от интересующего нас периода довольно сильно, поэтому нельзя полагаться на них полностью.

Вот что пишет Л. В. Беловинский. в "Типологии русского народного костюма":

Древнейшим видом женской одежды является панёва, носившаяся в комплексе с кичкой и особой нагрудной и плечевой одеждой. Это одежда преимущественно замужних женщин, надевавшаяся на девушек лишь по достижении ими половой зрелости, а иногда и во время свадебного обряда. В древности ареал распространения панёвы был значительно шире, постепенно сужаясь и заменяясь сарафанным комплексом, так что в некоторых губерниях панёва соседствовала с сарафаном, чаще всего как с девичьей и старушечьей одеждой. В середине ХIХ в. панёва была еще известна в южных уездах Московской и северных уездах Калужской и Рязанской губерний, а в конце века она там уже исчезла и сменилась сарафаном; в XVIII в. ее носили еще севернее - в Меленковском, Судогском, Муромском уездах Владимирской губернии. В XIX в. панёва была распространена только в южнорусских и прилегающих к ним восточных и западных губерниях: Орловской, Курской, Тамбовской, Воронежской, Белгородской, Пензенской, Калужской, Рязанской, Смоленской.

То есть процесс исчезновения этого вида одежды из более северных губерний был запечатлен уже этнографами с конца XVIII до начала XX века.

Далее обратимся к "Очеркам материальной культуры русского феодального города" М.Г.Рабиновича:

Думается, что понева, так широко распространенная среди сельского населения Древней Руси, обязательно должна была существовать и среди горожанок на первом этапе развития городов, рост которых, как не раз уже говорилось, шел преимущественно за счет сельского населения. (...) У женщин одежда дополнялась куском клетчатой ткани, который надевали поверх рубахи на бедра. Позднее в деревнях эта одежда получила название понёвы. В городах она существовала, как увидим ниже, недолго, и мы не знаем даже ее названия, поскольку понявой в то время называлось самое тонкое полотно. В таких одеждах изображены пляшущие женщины на русальских браслетах XII в.


Фрагмент русального браслета из Киевского клада XII в. (прошу прощения за качество, лучше нету)

Но по каким-то причинам эта одежда в городах не удержалась, быстро и бесследно исчезла. И городские ремесленники-поневники обслуживали в основном сельское население. Как мог идти процесс исчезновения поневы в городах, позволяет представить интересное наблюдение В. Ю. Крупянской, относящееся к гораздо более позднему периоду. Женщина, вывезенная в молодой еще тогда город Нижний Тагил в 1820-х годах из Тульской губ. (где, заметим, в XIX в. были распространены и сарафан и понева – ИЭАР, карта 40), и в Тагиле носила традиционный южнорусский костюм, в том числе поньку (по описанию это была понева с прошвой), но эта одежда не удержалась, и позже женщины-тулянки в Нижнем Тагиле носили сарафаны (Крупянская, Полищук, с. 120).

У феодалов и, вероятно, у верхушки городского населения в IX – XIII вв. женской одеждой, надеваемой поверх рубахи, было платье (древнее название этой одежды неизвестно) из дорогих материй ярких цветов. Платье, как и рубаха, было, судя по изображениям, узким, облегающим фигуру, и подпоясывалось цветным поясом.

Трудно сказать, когда в точности появилась такая в дальнейшем распространенная женская одежда, надеваемая поверх рубахи, как сарафан. Особые затруднения создаются еще тем, что сам этот (не русский) термин первоначально относился в русских источниках XIV в., как уже сказано, к мужской одежде и в дальнейшем сосуществовал с несколькими другими терминами, обозначавшими один и тот же тип одежды.

В документах XV в. сарафан не упоминается. Но начиная с XVI в. таких упоминаний много. В первом из них – духовной князя Ю.А.Оболенского (1547 – 1565 гг.) – среди мужской одежды – кафтанов и терликов – находим «сарафанец шелк желт... на нем 23 пуговицы обвираны золоты да серебряны» (АФЗиХ II, с. 207 – 214). В том же завещании названо много женской одежды, но среди нее сарафан (или сарафанец) не встречается. Нет такого названия и ни в одной из духовных грамот удельных и великих князей XIV – XVI вв. Вместе с тем известна женская накладная одежда того же времени, называвшаяся ферязь, сукман, шубка (Куфтин, с. ПО – 120).

Впоследствии эти и другие термины (шушун, костолан, носов) сосуществовали с термином «сарафан», служа названиями женской комнатной одежды, которую носили поверх рубашки. Термин «сарафан» для мужской одежды во второй половине XVII в. не употреблялся.
Таким образом, очевидно, что сарафаном стали называть женскую одежду, существовавшую ранее, а вероятно и какие-то новые виды ее, созданные в городах под влиянием одежды зажиточных классов и служилых людей и оттуда распространившиеся в деревню (Куфтин, с. ПО – 115, Маслова, с. 642 – 643).

Предположения Б. А. Куфтина о том, что одежда, позже названная сарафаном, могла развиться из первоначального комплекса женской одежды с поневой (из набедренной одежды, получившей лиф и лямки, или из наплечной одежды, удлинившейся, а иногда и утратившей рукава), что изменения эти могли начаться еще в период освоения славянами северных областей позднейшей России и протекать под влиянием одежды южно- и западнославянских, летто-литовских, финно-угорских, скандинавских и даже (опосредствованно) западноевропейских народов, например населения Франции (Куфтин, с. 113, 117), представляются обоснованными, но, оставаясь в пределах наших источников, нельзя этих предположений ни подтвердить, ни опровергнуть, поскольку в нашем распоряжении нет подлинных вещей XIII – XVI вв. или достоверных изображений их, на которых был бы ясно виден покрой.


Кстати, последнее предположение частично можно подтвердить этнографическими фактами бытования на русском севере еще в начале ХХ века свадебных (венчальных) костюмов, состоящих из рубахи и сарафана в виде юбки с лямками:


Начало XX в. Новгородская губерния, Устюжский уезд

или сарафана с длинными тонкими лямками и довольно низким (на уровне груди) лифом:


1910—1920-е гг. Симбирская губерния, Сызранскии уезд, с. Жемковка


1870-е гг. Вологодская губерния, Сольвычегодский уезд (район Великого Устюга)

(по материалам книги "Русский народный свадебный костюм", авторы С.В. Горожанина Л.М. Зайцева)


Но так ли мало нам известно из археологии? Обратимся к книге Рыбиной Е.А."Рисунки средневековых новгородцев (по археологическим материалам)"

Лопасть прялки, дерево (дл. - 24 см, шир. - 6-7, 8 см), XII в. (Н-85, Троицкий р-п, пл. 10, кв. 778). В нижней части лопасти расположен растительный узор, наверху схематическая фигурка человека в трапециевидной одежде, рукава которой подчеркнуты поперечными полосами и торчащими полосками. Кроме того здесь же находится изображение двух высоких сапог (?)



Действительно, по тому рисунку сложно сказать что-либо определенное о костюме. Но смотрим дальше:

Камень удлиненной формы (11 x 6 см), XII в. (Н-92, Троицкий р-п, пл. 14, кв. 1042). На обеих сторонах этого камня прочерчены по три человеческих фигуры, получивших условное название "танцующие человечки". (Рис. 5, 75). Действительно, несмотря на примитивный характер рисунков, выразительны позы фигурок, изображенных в разных поворотах с поднятыми руками или подбоченившихся. Обращает на себя внимание верхняя часть туловища, одинаково оформленная у всех шести фигурок. Она изображена в виде разного размера овалов, разделенных на четыре или шесть сегментов. Кроме того, на одной стороне под крайней левой фигурой находится еще одна примитивная человеческая фигурка в длинном балахоне с поднятыми руками, на другой - под крайней правой фигуркой изображена птица. Несмотря на примитивный характер, композиционно фигурки размещены очень грамотно и, несомненно, были выполнены осмысленно.



Со своей стороны могу предположить, что танцующие фигурки - женские (очень похоже на то, как маленькие дети рисуют женщин; к тому же на похожих схематических мужских фигурках обозначены оружие и/или борода). Очень хорошо видно различие между верхней и нижней частью "костюма" фигурок - на корпусе у всех изображен некий неизвестный символ в виде шестилучевой "снежинки", а нижняя половина начиная от пояса обозначена прямыми линиями. Отсюда можно сделать вывод о явно заметном различии между верхней и нижней (поясной) частями одежды тех, кто послужил прототипами этого рисунка.


Теперь обратимся к статье М.И.Петрова (Годи) из Библиотеки Ассоциации Гардарика :

Первой четвертью XI в.датируется находка изображения на бересте св.Варвары, обнаруженной в 2000 году на раскопе Троицкий XII. Немотря на то, что изображение святой не может рассматриваться как светский рисунок, и, следовательно, необходимо допускать возможность существования канона изображения, некоторые детали этого "берестяного образка" крайне существенны для изучения истории костюма.


Хотелось бы обратить внимание на черту, прорисованную параллельную подолу. С ненулевой вероятностью она может означать деталь одежды, более короткую, чем основное платье.

Также небезынтересно рассмотреть еще два изображения на бересте:
В ходе археологических исследований 1998 на раскопе Троицкий XII в напластованиях первой половины XII века были найдены два рисунка на бересте, которые предоставляют весьма любопытный материал для изучения истории костюма. Наболее вероятная интепретация назначения этих рисунков - эскиз иконы, хотя характер изображения позволяет допустить, что эти изображения могли быть обычной "зарисовкой".

На изображении слева основной интерес для изучения истории костюма представляют две детали. Прежде всего необходимо отметить, прямоугольный вырез, расположенный непосредственно на груди изображенной женщины. Вариантов интепретации может быть несколько, однако бесспорно, что изображенный вырез является деталью одежды. С учетом довольно больной глубины выреза можно предположить, что на рисунке изображена верхняя одежда - платье или сарафан. Следует обратить особое внимание на двойную черту по нижнему краю выреза - вероятно, таким образом автор рисунка показал орнаментацию ворота.

Другой любопытной деталью изображения является черта, окружающая голову. Допустимы два варианта интерпретации: если это эскиз иконы, то эта черта изображает нимб, если же это светское изображение, то, скорее всего, таки образом показан головной убор - вероятно, платок.


Изображение частично подтверждает предположение М.Г.Рабиновича о том, что "у феодалов и, вероятно, у верхушки городского населения в IX – XIII вв. женской одеждой, надеваемой поверх рубахи, было платье (древнее название этой одежды неизвестно)".

Рисунок на бересте. XII в. Второй рисунок на бересте, обнаруженный в тех же напластованиях, что и первый, также изображает женскую фигуру, однако характер одеяний - иной.

Изображенное одеяние покрыто вертикальными штрихами, которые расходятся от области шеи. Кроме того, присутствуют штрихи, направленные вниз от правого плеча. Интерпретация последних представляется затруднительной - возможно, это складки накидки. Штрихи же, направленные к двойной полосе поперек шеи (наиболее вероятная интерпретация - ворот рубахи) могут быть интерпретированы как изображение складок на сорочке или платье.


Этот рисунок более интересен с точки зрения вопроса о понёве. Привлечем теперь этнографический материал второй половины XIX - начала XX века:


Девичий костюм (чалдонки) начала XX в., с. Маслянино Николаевской волости. НОКМ. Фото А.М. Фаддеева.


Воронежская губерния, середина XIX века


Тульская губерния, вторая половина XIX века



Можайский район, поселок Поречье (бывшая усадьба графа Уварова)



Воронежская губерния, 1908 г.



Украинская народная одежда

Исходя из представленных выше примеров вполне вероятным представляется, что штрихи, указанные М.И.Петровым, представляют собою складки рубахи, перетянутой в районе пояса. Это позволяет предположить в нижней части костюма понёву, подобную более поздним известным по данным этнографии образцам.

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
wed_ma
Jul. 27th, 2008 02:56 am (UTC)
Интересно, хороший пост.
Мария Исаева
Sep. 23rd, 2012 12:07 pm (UTC)
Девочки девичий пояс именно так и носили. Складывали пополам и закидывали на шею. на груди пояс перекрещивался,и концы пояса заворачивались назад, а на уровне талии со стороны спины пояс оборачивали еще раз и завязывали на узел. Получался как на рисунке косой крест на груди. А что есть полоса посередине не знаю. Можно предположить что ещё один пояс.На камне изображены скорей всего дети по длине юбок открывающие ноги в гольфах с поперечными полосками))))))))
По поводу диагональных полос на рисунке изображенного на бересте. Такие диагональные складки от юбки/поневы не могут образоваться тем более идущих от плеча. А кроме того ношение пояса делал тоже образовывал складки на одежде. И все складки идут по вертикали. Может в Новгороде и носили поневу, но на этом рисунке в диагональных складках я лично поневу не вижу.

Edited at 2012-09-23 12:30 pm (UTC)
morgetta
Sep. 25th, 2012 07:37 am (UTC)
Спасибо за информацию про пояс, не знала. Где можно побольше про это почитать?)

Про складки - ну да, тут скорее домыслы по аналогии с изображенными ниже костюмами. Признаю :))
( 3 comments — Leave a comment )

Latest Month

July 2017
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Links

Powered by LiveJournal.com
Designed by Terri McAllister